​— Во что же вы верите?

— В сон, — сказал я. Он встал.

…

У меня еще есть по бутылке на брата, чтоб с собой взять, — сказал Аймо.

— Вы совсем не спали?

— Я не люблю долго спать. Я поспал немного.

— Завтра мы будем спать в королевской постели, — сказал Бонелло. Он был отлично настроен.

— Завтра, может статься, мы будем спать в дерьме, — сказал Пиани.

— Я буду спать с королевой, — сказал Бонелло. Он оглянулся, чтоб посмотреть, как я отнесся к его шутке.

— Ты будешь спать с дерьмом, — сказал Пиани сонным голосом.

— Это государственная измена, tenente, — сказал Бонелло. — Правда, это государственная измена?

 

Использован текст из романа «Прощай, оружие» Э. Хэмингуэя.

Зарисовка 2. 

Капитолий. По улице ползут американские ретромобили времен Батисты их обгоняют советские копейки и семерки времен Фиделя, натыкаются тук-туки, проворно снуют корейские Хёндаи. Этот образ не повторим — это хранилище времени. Это место, совместившее несовместимое.

За только  одно дыхание Кубинской столицы стоит оказаться здесь … в полдень.

Полдень в Гаване, траектория перелета в Гавану смывает чувство реальности производства материальных ценностей. Здесь покончено с этим долгом. Здесь понимаешь, что создан, не для того, чтобы бегать в колесе материальных иллюзий. Здесь все просто: есть, пить, спать. Не хочется расставаться с Гаваной. Здесь заключается сепаратный мир. Лично для Вас все заканчивается, что связывает Вас со снежной зимой.

И все же трудно отделаться от чувства, которое возникало, когда ты сбегал с уроков, но не можешь перестать думать о том, что же происходит в школе сейчас в этот момент.

Прилетев в Гавану, чувствуешь, что вернулся домой. Здесь хорошо. Ты знаешь многое, но всегда остаешься одиноким. Со временем ты понимаешь, что день в Гаване все же отличается от ночи.

Здесь в головах Гаванцев своя война, она остается как оскомина. И в голову лезут всякие аналогии. Война Гаванцев ломает кубинца так же, как наша работа по производству ценностей. Уникальность Кубы, можно назвать изобретением Кубы — это сохранение некоего Сантероса, в котором одно из почитаемых божеств — это бог войны Аягун.

Некоторые на изломе становятся крепче, но кто не хочет ломаться… таких не осталось в Гаване — это точно.

Мир, как в снежном белом пространстве России, так и здесь, в Гаване, убирает самых добрых, самых нежных, самых смелых и храбрых не  разбирая. И не хватит никакой храбрости и смелости, которая всегда является прикрытием беззащитности и трусости.  А если ты сдался сразу, ты все равно потеряешься  — только без особой спешки, основательно.

Кубинки знают, что если Днем их увидят с пришельцем на Малеконе вместе, то об этом обязательно донесут. Правда это не государственная измена.

Везде своя война, она необходима, она всегда выносит на необитаемый остров. 

Жизнь определяет свои правила и в первый же раз, когда застанет в врасплох — меняет правила.

Никому не дано спрятаться от правил. Ни в Гаване … ни в полдень и не в другое время, и не на другом меридиане.

 

22 января. Полдень.

Время назад.  Это время — два раза вперед. Такое правило.Считайте сами. Туда сюда. И успеваешь остаться в настоящем и смоделировать поправить будущее. 

В Гаване доброе утро...
22.01.12